Пентагон и Борзя (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Пентагон и Борзя (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру – Пентагон знаешь? Ну, в Борзе стоит. Это общага недалеко от вокзала. Там, в июле 1979 года, военные зарезали парнишку. Помнишь? Рядом ещё танк стоит на постаменте. ИС-2 называется, из Борзи же Маньчжурская операция августа 1945 года начиналась... Драка была у Пентагона, ножик воткнул майор, а с ним суетились его друзья, подполковники. Казалось бы, солидные люди. Перочинный был ножик-то, лезвие – сантиметров пять. Но хватило, в артерию сонную попал майор. Пьяные, конечно, были. Нажрались, как свиньи. Много шума наделал этот случай. Борзя в те годы был очень криминальным городком. Там же военные много лет стояли. «Голубая дивизия» называется гарнизон. И сейчас там военные. Ну и местные, конечно, – народ тоже непростой. Вот и враждовали, частенько схлёстывались. – Рассказывает Леонид Степанович Лопатин, объезжая колдобины на своём «Toyota Harrier». Заканчивался сентябрь 2025 года, листья осин и берёз Цасучейского заказника пожелтели и отдавали багрянцем, а сосны, как и всегда, оставались зелёными. «Есть в осени первоначальной…» Помните? Наш древний лес, в Тайном сказании монголов, написанном в 1240 году, назван Ононской дубравой, много раз упоминается вместе с рекой Онон, правобережье которого – подлинные места Чингисхана. За рекой – маленький клочок степной территории (19 тыс. кв. км), называемый национальным округом, где заперты русские и буряты, непрерывно украшающие свой, колониальный, удел. А здесь – просторы, тянущиеся до Китая и Монголии, междуречье Аргуни и Онона – степной фронтир, место, где зародилась Монгольская империя. Отсюда, кстати, и начались глобальные завоевания, итоги которых – Евразия и Россия. Большая история! Борзя – земля чингисидов. Направления: на юг и юго-восток – Китай, на юг и юго-запад – Монголия. Городок носит название маленькой степной речки, на монгольском звучит как Бооржа, то есть боржигин, монгольское племя. Сегодня там живёт разный народ. Мы едем по земле гэнигэсов – главного рода племени боржигин. И мне совсем не странно слышать слово «Пентагон», которое упоминает Лопатин, бравший в молодости, борзинской ночью, с друзья-милиционерами у этой общаги опьяневших и озверевших офицеров, зарезавших местного парня. Почему это происшествие должно быть описано? Не всё случай и случайность. Пьянство, тупость и дурость, также, как ум, честность и развитость – закономерность. – Когда в середине 1970-х я начал работать в местном ОВД, Борзя вообще славилась своим криминалом, – вспоминает Лопатин, – продолжая свой рассказ о происшествии, когда офицеры убили местного парня. Он снова напомнил мне о том, что Борзя – наполовину военный городок, в котором, насколько я знаю, вырос и учился современный писатель Михаил Веллер, бывший министр финансов, экономист, Алексей Кудрин. А сколько ещё неизвестных нам людей? Местных и приезжих. Вообще, кто и что знает о Борзе – ненаписанной книге страны?

Обры, авары, жужани (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Обры, авары, жужани (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Читая строку в «Повести временных лет» летописца Нестора «Погибоша аки обры», вряд ли читатель понимает, что прикоснулся к монгольской истории, которая ушла из своей этнической территории вглубь Евразии ещё в VI веке нашей эры. Под «обрами» учёные понимают аваров, создавших свой каганат. Интересно, что именно с аварами, покоривших славянские народы в Центральной Европе, появилось стремя и другие предметы, необходимые в быту и хозяйстве. Естественно, что авары влияли на разные евразийские племена, создавали с ними союзы, но в основе своей всегда оставались протомонголами, хотя имели в своём составе подчинённые ранее тюркские племена.

Разные миры одного мира (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Разные миры одного мира (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Другое дело – монгольский мир за пределами моего края или России. Там я всегда был и буду принят безоговорочно, с большим уважением и почётом. Именно как свой. Знание родного языка не играло никакой роли. Хорошее знание русского языка воспринималось с большим одобрением и как пример для остальных. Знание монгольского языка подразумевалось на генетическом уровне. То, что есть в генах всегда может ожить и обогатиться при общении, что случалось и будет случаться при каждой встрече с людьми своей цивилизации

Метаморфозы четырёх столетий (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Метаморфозы четырёх столетий (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру В XVI-XVII веках соотношение пришельцев и аборигенов было 1 к 100. Но этот 1 владел огнестрельным оружием и был пассионарной личностью, то есть обладал избыточной энергией и стремлением к действиям, что проступает из всех его поступков. Кто бы при таком малом количестве строил дощаники и волок их от реки до реки, шёл по тайге, степям и горам?

Как местность съела человека (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Как местность съела человека (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру В начале 1600 годов в Байкальский регион пришли люди, которых именуют русскими, хотя эти группы состояли из представителей самых разных, в основном, европеоидных рас и национальностей, получивших пассионарность от смешения с народами, населявшими Золотую Орду – тюрков, финно-угров, славян и, в очень незначительной степени, монголов. То есть после Монгольской империи это были уже другие люди. Начиная с 1620-х годов, в Байкальском регионе начался новый период истории, который навсегда изменил облик и менталитет его жителей. https://proza.ru/2026/03/01/301

Протопоп Аввакум в Забайкалье (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Протопоп Аввакум в Забайкалье (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Далее он описывает свою ссылку в Тобольск, оттуда в Братский острог, где он сидел с аманатами, то есть с нашими предками. «В шестую неделю после побоев перевёл он меня в тёплую избу, и я тут с аманатами и с собаками зимовал, скован. А жена с детьми вёрст за двадцать была сослана от меня». И дальше, уже Хилок, Иргень, Нерча…

Старинная бляха и первая школа Забайкалья (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Старинная бляха и первая школа Забайкалья (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Почему я об этом пишу? Дело в том, что судьба загоняла меня в разные места Забайкальского края, которые оказывали самое благотворное влияние на моё образование творчество. В середине 1980-годов я жил в Нерчинском Заводе. Кстати, напротив горы Крестовка, где было добыто первое серебро России, а через улицу стоял госпиталь каторжников, где расположили гараж райпо. Находил на огороде старинные монеты XVIII-XIX веков, черепа, пули, ходил на кладбище, где, говорят, захоронения в три яруса, есть могилы горных инженеров, начальника Нерчинских горных заводов Егора Егоровича Барбота де Марни (1743-1796) и других видных людей России. Многие из них затеряны.