Ошибка. Судьба Чойжил-Лхамо Базарона

Виктор Балдоржиев.

   Ветер за окном то рассеивал, то закручивал вихри пыли и песка. Было пасмурно, серые низкие тучи плыли над темнеющими хребтами Хамар-Дабана и Улан-Бургасы, огибающие хмурый Улан-Удэ, еще совсем недавно бывший Верхнеудинском. Непременно начнется метель.

Молодой следователь, оторвав взгляд от окна, взглянул на сухощавого и смуглого человека, сидевшего напротив него, достал из ящика стола чистый бланк анкеты арестованного и привычно спросил на бурятском языке:

   – Фамилия, имя?

   Человек, о чем-то сосредоточенно думавший в это время, вздрогнул, как от озноба, быстро справился с волнением, и, мелодично и четко, ответил:

   – Базарон. Чойжил-Лхама…

   Слово «Лхамо» он выговорил в русском варианте, намеренно заменив окончание на «а», фрикативный звук «h» – на «лх», понимая, что следователь учился в русской школе, не знает латыни и никогда не писал латинскими буквами бурятские или русские слова.

Артикуляция арестованного была поставлена отменно. Но следователь был человеком другого воспитания и восприятия звуков. Артикуляции он не заметил, но отметил про себя, что у Базарона чрезвычайно пытливые глаза. Непонятно: то ли пронзает человека взгляд, то ли обволакивает…

   Началась привычная для следователя процедура. И он, не спеша, красивым почерком, выводил на анкете слова, время от времени обмакивая перо в чернильницу и задавая вопросы арестованному. В итоге выяснилось и было засвидетельствовано в анкете, что Базарон Чойжил-Лхама, арестован 17 апреля 1937 года, родился в марте 1878 года в Цокто-Хангильском сомоне Агинского аймака Бурят-Монгольской АССР. До ареста временно проживал в городе Улан-Удэ, на Первомайской улице, в доме № 17. Профессия – учитель. Место службы и должность – учитель Зоголайской средней неполной школы…

   Заполнив анкету, следователь аккуратно вывел «20 ноября 1937 года» и велел арестованному ознакомиться и расписаться. Базарон бегло прочитал написанное, на графе «социальное положение» немного смутился и даже нахмурил брови, потом расписался и выпрямился.

   Следователь кликнул конвойного, и тот увел арестованного в камеру…

   Чойжил-Лхамо Базарон никогда бы не смутился и не нахмурился, если бы не обнаружил ошибки. Но в графе «социальное положение» молодой следователь допустил ошибку. И не какую-нибудь, а орфографическую. Немыслимо!

   Он с 1897 года (сорок лет!) учит бурят грамоте, и его, учителя Базарона, следователь допустил ошибку. Как же так? Разве возможно вместо прилагательного «кулацкое» писать «кулатское»? Бурят-Монголия занимает огромную территорию, не беда, что молодой человек не знает села Зугалай, но до чего может довести молодое поколение это «кулатское»? Какую же «дуратскую» жизнь они могут сотворить с такой грамотностью? Да, аффриката – слитное сочетание смычного согласного с фрикативным. Именно, в этом притирании звуков возможна ошибка. Следует учесть на будущее…

   Через двенадцать дней после допроса Чойжил-Лхамо Базарон был расстрелян. Так постановила Тройка НКВД БМ АССР 2 декабря 1937 года, по другим сведениям он умер в заключение 17 апреля 1940 года. Исчезновение человека всегда чья-нибудь ошибка. Эта ошибка проистекала из предыдущей, а та уходила еще дальше во тьму российского невежества и терялась в сплошном мраке и непобедимом мракобесии.

   Эх, знать бы следователям настоящее значение его имени и фамилии! И не только следователям. В реабилитационной справке военного трибунала ЗабВО от 7 августа 1958 года он назван – Чойжиллхам, в постановлении бюро правления Союза писателей РСФСР от 11 февраля 1959 года, за подписью Леонида Соболева, о посмертном восстановлении его в Союзе писателей – Чойжил-Лахма. (Наверное, пренебрежение к написанию имени человека – бескультурье и невежество. В написании имен – Гитлер и Сталин, Рузвельт и Черчилль никто ошибки не сделает, это же Европа и Америка, а в других – можно, ибо Тмутаракань какая-то, где только дикари и живут).

   Это история всех орфографических, грамматических и синтаксических ошибок, которые всю жизнь искоренял Чойжил-Лхамо Базарон – Небесный Царь Книг (Чойжил-Лхамо) Алмаза (Базарэй). Так переводятся его имя и фамилия с тибетского языка.

Небесный Царь Книг – учитель всех бурят. Как такое возможно? Очень просто: он всю жизнь учил. Разветвления его просветительского древа дальние, густо переплетенные и теперь уже остановить их никак невозможно. Например, он учил Бадма-Базара Намсарайна, Бадма-Базар Намсарайн учил моего отца, а мой отец учил меня и многих ононских бурят, я учил детей в Амурской области… При желании, подобную, более и даже непомерно разветвленную взаимосвязь могут проследить многие современники. Он учил бурят до революции и после революции. На старомонгольском, латинском и русском алфавитах. Он сам создавал алфавит и писал учебники. По алфавиту и учебникам, (а их тридцать шесть), Чойжил-Лхамо Базарона учились все буряты до 1940 года. Отсюда и тянется нить до сегодняшнего дня. Его методы преподавания актуальны и сейчас. Он рассеивал мрак, который, в конце концов, и поглотил его. Но древо выросло, жило и живет…

   Чойжил-Лхамо Базарон – был просветителем, который знал о своем призвании и четко видел цель: всемерное просвещение и образование бурят. Путь к этой цели он начал в девятнадцать лет, через сорок лет этот путь оборвали люди другого воспитания и понимания мира. Не знаю, что думал он, но я полагаю, что Небесный Царь Книг достиг своей цели. Хотя бы потому, что сегодня буряты занимают одно из первых мест в России по образовательному цензу, если не первое. Хотя бы потому, что пишу эти строки, подсознательно отмечая сочетание согласных и гласных звуков, пытаясь обогатить мысль чувством, а чувство – мыслью.

   Мы должны знать о нем.

   Родился Чойжил-Лхамо Базарон 1 марта 1878 года в местности Дылгыр, в семье Гадаева Базара. Сегодня там село Цокто-Хангил. Семья принадлежала роду харагана. Чойжил-Лхамо был пятым сыном. Самым младшим и, видимо, самым смышленым. Казалось, что страсть к учебе заложена у него с рождения. А буряты всегда старались смышленых детей учить наукам.

Чойжил-Лхамо был отдан в Агинское одноклассное приходское училище, где ему нравилось все. Вот бы и ему обучать своих братьев и сестер, родственников и друзей. Всех бурят! Правда, учебники в училище – листы в деревянных коробках. Русские учебники другие, он видел их. Вот бы такие же и бурятам!

   После училища он сказал отцу, что ему надо учиться дальше, что он хочет стать учителем. Отец не возражал. Но этого было мало, ведь нужно еще и согласие рода, всего сообщества. Без этого не видать Чойжил-Лхамо стипендии и другой помощи. А без денег, какая учеба?

Базар постарался, и собрание родового сообщества, где решалось быть или не быть пятому сыну Гадаева ученым человеком, состоялось. Решили быть! Самое главное согласие было получено. Теперь – в путь, в далекий Иркутск, который находится почти в полутора тысячах верстах от Агинского. Там есть учительская семинария, именно там сейчас должно быть место Чойжил-Лхамо.

   Отец запряг коня в двуколку, положил поклажу, они выехали из Агинского и оказалось, что добраться до места, которое ожидает Чойжил-Лхамо, не так-то просто. Но и Ломоносов в свое время отправился из архангельской деревни с обозом в Москву. Знал ли, выезжая из дома, об этом Базарон?

   Трясясь в двуколке, Чойжил-Лхамо слушал отца, озирал дивную забайкальскую природу и мечтал, что вернется обратно учителем. Перед глазами его вставали смуглые и скуластые лица бурятских ребятишек. Миновали Читу, Верхнеудинск. Стало холодать. Байкал был близок. Ребра лошади уже выпирали, она превратились в клячу и еле-еле волокла двуколку, в которую отец и сын теперь не садились. Шли по обочине колеи.

   На берегу Байкала отец решил оставить лошадь у местных бурят до следующей весны. Сами они сели на паром с большой трубой, откуда густо валил в бело-облачное и голубое небо черный дым. На том берегу они наняли подводу. Через два дня въехали в долгожданный Иркутск…

   В девятнадцать лет, в 1897 году, Чойжил-Лхамо Базарон начал работать учителем в родном Агинском училище. Первая мечта сбылась. Его кумиром педагогической науки еще с Иркутска стал Константин Дмитриевич Ушинский – основоположник научной педагогики России. Чойжил-Лхамо Базарон был обуян его идеей демократизации народного образования, воспитания детей на традициях народа. А традиции бурятского народа великолепные, ему ли не знать об этом. Если на этих принципах обучать и воспитывать бурятских детей, они могут стать достойнейшими гражданами России!

   В 1899 году, когда ему исполнилось двадцать один, он познакомился с русским исследователем Центральной Азии и Сибири, шестидесятичетырехлетним Григорием Николаевичем Потаниным и отправился с ним в путешествие. В середине мая Потанин прибыл в Агинское, где в то время было около пятидесяти дворов, несколько лавок и церковь. Путешественник собирался на Большой Хинган и готовил экспедицию. Для каравана он нанял у местных жителей 11 лошадей с телегами, сбруями и седлами, взял двух конюхов, к ним присоединились еще какие-то помощники. Помогли буряты и с продовольствием. Переводчиками Потанин пригласил Буду Рабданова и Чойжил-Лхамо Базарона. Караван вышел из Агинского и направился в сторону казачьего караула Кулусутай, который и сейчас находится в обрамлении торейских озер. Дальше – Монголия.

   В одной из сносок своей книги «Путешествие по Монголии» Г. Н. Потанин пишет: «Ш. Б. Базаров (так он пишет инициалы Ч-Л. Базарона), подобно другим улусным учителям из бурят, остановился на мысли вести в улусных бурятских школах обучение грамоте по звуковому способу и с этой целью напечатать руководство вроде «Родного слова» К. Д. Ушинского; для этого он хотел собирать народные бурятские сказки, пословицы, поговорки и пр. Во время поездки с нами в Хинган он действительно начал собирать загадки; собрание из 40 загадок, записанных им в восточной Монголии, передано мною в Восточное отделение Русского археологического общества и будет напечатано в его Записках. Во время путешествия с нами Базаров присмотрелся к способу засушивания растений и продолжает собирать растения для Читинского музея, а также продолжает записывание загадок, преданий и бурятских названий растений; бурятских загадок записано им по настоящее время 150».

   После окончания экспедиции Григорий Николаевич Потанин и Чойжил-Лхамо Базарон расстались большими друзьями, каждый занялся своим делом.

Теперь он жил и грезил только мечтами о просвещении своего народа.

В первую очередь надо исследовать и проанализировать всю прежнюю систему обучения. Нужен метод. Метод – это все! Взять за основу звуковой аналитико-синтетический метод Ушинского – вот, что нужно бурятам. Фонемы бурятского языка как будто созданы для этого метода. Не зря же он исследовал устное народное творчество, написал научные труды – «Двести загадок Агинских бурят», «Пословицы Агинских бурят», «Образцы монгольского народного творчества». Они уже издаются в трудах Троицкосавско-Кяхтинского Географического общества. Гербарии переданы в Читинский краеведческий музей. (Они и сейчас хранятся в фондах музея).

   Без никаких сомнений: каждый его труд тянет ни на одну докторскую монографию. А сколько их было за его жизнь!

   Он пришел к выводу, что рукописные и ксилографические листы старых учебников не годятся. Да и неудобно их носить в деревянных ящиках длиной до 30 и шириной около 5 сантиметров. Нужен настоящий учебник. Типографский.

   Вооружившись методом и большой мечтой, он взялся за исследование и составление первого бурятского букваря. Можно только догадываться о его интереснейших поисках, заблуждениях и открытиях, радостных днях и бессонных ночах в маленьком Агинском. Букварь был создан вопреки всем ошибкам, которые часто допускают невежественные властители, ведь они и становятся ими для умножения ошибок. Да, Базарону мешали, предупреждали, угрожали…

   Теперь он преподавал по-новому методу и новому букварю, который сам размножил на листах. Просветитель верил в свою правоту, учебник надо было размножать. И он был отпечатан в 1905 году в одной из типографий Читы. Представим состояние автора, когда он взял пахнувшие типографской краской экземпляры книги в руки, и разделим с ним его радость!

   

Это был первый бурятский букварь на основе старомонгольской (вертикальной) письменности, отпечатанный в типографии. Но это был и первый учебник молодого Чойжил-Лхамо Базарона, которому тогда исполнилось 27 лет. Назывался учебник «Букварь для первоначального обучения монгольской грамоте».

   У кого есть желание освоить такую грамоту, пожалуйста! Хоть сегодня. Только где мы найдем такого учителя как Чойжил-Лхамо Базарон?

   Исправить ошибку, которую допустил малограмотный режим теперь уже никак невозможно, но предотвратить будущие ошибки живые в состоянии. Как? А вот как: «…выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не на основании их политических программ, на земле было бы меньше горя. Мне думается, что потенциального властителя наших судеб следовало бы спрашивать, прежде всего, не о том, как он представляет себе курс иностранной политики, а о том, как он относится к Стендалю, Диккенсу, Достоевскому. Хотя бы уже по одному тому, что насущным хлебом литературы является именно человеческое разнообразие и безобразие, она, литература, оказывается надежным противоядием от каких бы то ни было — известных и будущих — попыток тотального, массового подхода к решению проблем человеческого существования…» Мысль эта высказана через много лет после 1937 года гениальным Иосифом Бродским в Нобелевской лекции. Наверное, об этом и мечтал Базарон.

   Быть грамотным и образованным – это жизненная необходимость. Буряты испокон веков хорошо чувствовали историческую ситуацию. Первое учебное пособие Базарона стало весьма популярным сразу же после издания, а звуковой, аналитико-синтетический метод обучения – остается единственным и верным до наших дней.

   Да, он был великим знатоком фонемы. Звуки, наверное, как истинный филолог, перекатывал на языке, ласкал ими нёбо, чувствовал каждой клеткой. Я прочитал только одно его стихотворение на бурятском языке (шесть строчек!). Аллитерации зримые, образные и насквозь пронизаны чувствами. Представляю, с каким чувством он читал эти строки, и как смотрели на учителя бурятские дети, живущие в деревнях и на стойбищах, где бушевали метели между избами и юртами, мчались вихрями по сумрачной и студеной степи.

   Я серенький зайчик в кустах,
   И гонит меня только страх.
   И в стужу сутулюсь в снегу.
   И крови не хватит на плошку,
   А мяса – на миску немножко.
   Кому я и чем помогу…

  Последнюю строку я домыслил (строк-то у автора шесть). Но такая беззащитность и малость, вызывает горячее сердечное сочувствие и помогает человеку жить. Базарон этого не написал, смысл таится в звуках и словах. Перевод все-таки невозможен. Не передать ни тоники, ни аллитерации!

   Он чувствовал творчество народной души, вводил в обязательную программу бурятские песни, предания и сказки, справедливо считая их культурным наследием бурятского народа. И мир в глазах детей становился большим и красочным. Да, в глазах… У него были очаровательные глаза!

   Я внимательно пересмотрел множество фотографий, где запечатлен он. Формы его – головы, плеч, туловища, были овальные, черты лица не скуластые, но мягкие, в глазах пытливый огонек. Ничего грубого и агрессивного. Одежде, видимо, не придавал особого значения. Только опрятность. Носил русскую одежду, чаще – бурятскую, в которой он смотрится истинным интеллигентом. На первый взгляд – обыкновенный человек, но на всех групповых фотографиях он выделяется какими-то неуловимыми особенностями. Он, как бы, светится изнутри. На Сахалине я часто видел японцев, все они похожи на бурят, но есть в них нечто такое, чего не передать словами и чего нет ни у одного народа. Они – особенные. И Чойжил-Лхамо Базарон – особенный. Он смотрит прямо на тебя, сквозь тебя и – дальше, но снова возвращается к тебе. Одним взором… Пытливо, мягко и не назойливо. Так смотрят мудрые ламы.

   В 1908 году он принял участие в Агинской экспедиции, которая занималась исследованием природного и хозяйственно-экономического положения инородцев Агинской степи. (Кстати, почему инородцев? Не унизительно ли?) Экспедиция была предпринята Читинским отделением Императорского Русского Географического общества. Впоследствии материалы исследования изданы в пяти томах в издательствах Читы и Санкт-Петербурга в 1910-1913 годах. В 1912 году Чойжил-Лхамо Базарон стал членом Императорского Русского Географического общества…

   Вот уже почти три века Российская наука исследует народы Забайкалья и степь. Сегодня мне думается: пора бы и бурятам исследовать Россию, другие страны и народы. Для блага, обогащения себя и других. Движения субъектов должны быть обоюдными, а права – равными. Только в этом случае возможно взаимное обогащение и развитие.

Знания и культура, методы и способности бурят в науках и языках достигли современного уровня, а во многих случаях и превзошли, благодаря именно таким просвещенцам как Чойжил-Лхамо Базарон. Мне часто видится, как выезжает экспедиция Агинского окружного музея для изучения быта и жизни русских или китайских деревень. Кстати, в Китай, но опять же к бурятам, участники такой экспедиции уже выезжают…

   К 1912 году Чойжил-Лхамо Базарон выдал пьесу. Первую бурятскую пьесу! Называлась она очень жизненно и злободневно «Картежники». Не секрет: буряты всегда играли в азартные игры, ведь и шахматы – азартная игра. Без азарта вообще нет никакой игры. В картах буряты достигли такого мастерства, что даже в одном из колымских рассказов Варлама Шаламова, где воры играют в карты, есть такие строки: «…сидели, по-бурятски поджав ноги». Автор знал, что, как и о чем писать. Но карты всегда мешали нравам и быту, подрывали благосостояние семей. И тему эту Чойжил-Лхамо Базарон выбрал не зря.

   Он стал одним из основоположников бурятской драматургии. Пьеса была поставлена в Агинском, таким образом, дав начало Народному Театру Аги. Среди многочисленных зрителей, местной знати и зарождающейся интеллигенции, восторженно смотревших на одну из граней собственной жизни, присутствовал и автор. Рядом с ним был будущий профессор Базар Барадин, который высоко оценил художественное и воспитательное значение пьесы.

За свою жизнь Базарон успел написать пять пьес: «Картежники», «Новоселье», «Хлеб», «Мошенники» и «За правду».

   Мечта о просвещении народа становилась реальной. С 1912 по 1917 годы он был Председателем кредитного общества, с 1915 по 1917 годы – Председателем Общества Просвещения бурят. В те же годы редактировал журнал «Кооперативное слово».

Вместе со своими сородичами-соратниками он организовывал и выстраивал структуру народного просвещения. После Февральской революции 1917 года решениями общебурятских съездов, которые проходили в Чите и в Иркутске, начали работать Бурятские училищные советы, главной задачей которых было – перевод обучения на родной язык.

Особых полномочий у советов не было, но работали они активно. Бурятский училищный совет Забайкальской области 26 августа 1917 года сообщал Агинскому аймачному комитету общественной безопасности, что «…с нынешнего учебного года намечены к открытию вторых классов в Цугольском, Борзе-Шенустаевском и Нижнетабтанайском училищах», «...озаботиться приспособлением существующих помещений под надобности двуклассных училищ и подыскании помещений под квартиры учащих». Письмо подписано Чойжил-Лхамо Базароном. В другом письме он писал: «С начала нынешнего учебного года намечены к открытию начальные училища в Улирунгу-Кондуе, Турге, Борзе-Могойтуе, Алханае, Судунтуе, Токчине, Онгоне и Зуткулее», «...озаботиться подысканием временных помещений под школу и квартиры учителей». И такие учителя были назначены. Всего их было 11 человек.

   В 1917 году в Агинском были образованы всебурятские учительские курсы, на которых обучались слушатели из Черемхова, Балаганска, Иркутска. Верхнеудинска, Троицкосавска, Читы и многих других мест Восточной Сибири. Преподавателями стали профессора Гомбожап Цыбиков, Цыбен Жамцарано, Базар Барадин. Организовал курсы все тот же Бурятский училищный совет Забайкальский области, где работал Чойжил-Лхамо Базарон. На базе этих курсов в 1918 году были открыты двухгодичные педагогические курсы. Они и явились предтечей Бурятского педагогического техникума, который был открыт в 1924 году в городе Верхнеудинске, будущем Улан-Удэ.

   В 1928 году Чойжил-Лхамо Базарон организовал литературный кружок в Агинской семилетней школе. Он основал бурятскую литературу Агинской земли, сконцентрировав в учебных пособиях народную философию, фольклор и язык. В этом кружке занимались и Жамьян Балданжабон, и Бадма-Базар Намсарайн, и многие, многие другие, которые позже стали учеными и писателями, организовали свои кружки. Сеть разветвлялась и уже не поддавалась строгому учету. Такие кружки в Агинском округе работают и сегодня…

   Еще в 1916 году Чойжил-Лхамо Базарон составил первую программу по пению для бурятских школ. В разные годы он написал и издал интереснейшие и поучительные книги. «Бурят-монгольский советский букварь для взрослых», «Сельскохозяйственных букварь», «Грамматика и правописание бурятского языка для школ малограмотных», «Животные жарких стран», «Наши местные звери», «Школа и труд», «Метрическая система мер», «Сборник арифметических задач и упражнений для школ I ступени» и множество других. Перевел с русского языка и издал на бурятском языке «Волшебное подземелье», «Цари и революционеры». Небесный Царь Книг автор 36 учебных пособий. Вспомните еще о его научных трудах и пьесах. Прибавьте еще и гербарий. Но картина все равно будет неполной, ибо мы пытаемся разгадать и проследить судьбу подвижника. Наверное, это невозможно.

Но ознакомиться с этапами жизни, прочувствовать дела будет нам дано.

   Он был основателем Нижне-Таптанайской школы, школьным инструктором и членом Бурятского училищного Совета. А также – заведующим Агинской высшей школой и отделом народного образования Агинского аймака, депутатом и членом Учредительного Совета Дальневосточной Республики, председателем Агинской аймачной Думы, непременным Ученым Секретарем Бурятского Ученого Комитета, членом Союза писателей СССР, редактором Бурятского книжного издательства, преподавателем педагогического техникума, завучем Зугалайской неполной средней школы и т. д., и т. п… Один человек!

   Подростком Чойжил-Лхамо Базарон отправился в далекий Иркутск, вернулся домой и, собрав все лучшее, что было сконцентрировано за века в бурятском народе, создал целую систему. И сам проработал в этой системе сорок лет.

   Небесный Царь Книг выполнил свое предназначение.

   21 марта 1937 года в отдел народного образования Агинского аймака из Народного комиссариата Просвещения Бурят-Монгольской АССР пришла телеграмма. Вот ее подлинный текст (пунктуация и стилистика сохранены):

   «Категорически требую командировать Базарона Наркомпрос противном случае привлеку ответственности.
                                                                Донгидон»

   Небесный Царь Книг был творческим, а потому наивным человеком, не подумал, что его могут и заманить. Ознакомившись с текстом телеграммы, он собрался и выехал в Улан-Удэ, где и случилась эта досадная ошибка в анкете.

   Следователь кликнул конвойного, и тот увел арестованного в камеру.

Метель за окном неистовствовала вовсю. Следователь еще раз перечитал анкету, тоже задержал взгляд на графе «социальное положение» и, не обнаружив ничего подозрительного, положил анкету в тоненькую папку, которая впоследствии так и не успела разбухнуть: Тройка вынесла решение…

   Через много лет после 20 ноября 1937 года Иосиф Бродский написал: «….не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не преследование авторов, не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое – пренебрежение книгами, их не – чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью; если же преступление это совершает нация – она платит за это своей историей…».

   И в этом всю жизнь был убежден Чойжил-Лхамо Базарон. Но убедиться в том, что Государству, как политической организации и аппарату насилия, мыслящий человек не нужен, он не успел. Ибо служил Родине.

   Общего корня и смысла слова эти не имеют. Ошибка здесь неизбежна.

   Может быть, другие поколения найдут общую для них совместимость, после которой и ошибок будет меньше, а жизнь творческих людей – безопасной, комфортной и долгой? 

Превозносят за ошибки и страдания. А за элементарный порядок?

Об отстрадавших

Мои многолетние наблюдения и записи показывают, что самодостаточно, комфортно и, главное, полнокровно живут те семьи, где никогда не интересуются политикой, начальством, фамилии политиков и руководителей стран, регионов произносят только в необходимых случаях, а чаще всего стараются их вовсе не знать. В этих семьях очень хорошо знают и соблюдают законы государства, которое находится на территории их Родины, никогда не называют свою Родину словом малая, ибо Родина у них в сердце, в какой бы стране они не жили. 

В этих семьях всегда преобладают - позитив, непрерывная учеба, чтение книг, неизменная доброжелательность и осмысленный труд. Как правило, в подобных семьях почитают искусство и науки. Ценят достоинство и скромность, не воспринимают гордость и раболепие. Кстати, никто из членов такой семьи не разделяет труд на физический или умственный, а людей - на хороших и плохих, богатых и бедных и т. д... Одним словом, все, что приводит к нищете, но почитается в традиционном обществе, для них давно перешло в разряд предрассудков.  

Из круга сансары ни они, ни мы, конечно, не вышли:)))) Но земную жизнь своей родословной они обустроили только тогда, когда прекратили её обусловливать и подчинять вечно меняющимся настроениям вождей и предрассудкам большинства.

Очень важно помнить, что естественное преодоление предрассудков традиционного сознания в процессе развития - не предает никакие ценности, а только откладывает их в архивы памяти. Обращаемся же мы к пыльным манускриптам древних библиотек!

Таких семей очень мало в России, еще меньше в территориальных образованиях бурят, но удивительно, что они есть. Зачастую среди западных бурят, если такая семья находится у восточных бурят, то она, как правило, смешана кровным родством с западными бурятами.

Осознавая своё, отнюдь не похвальное, место в истории и в эволюционном движении, я много лет анализировал поведенческие стереотипы людей с тем, чтобы оставить эти исследования потомкам. В них, в моем понимании, должен быть стержень человеческого и отчасти национального достоинства, но - ни капли гордости, ведущей к убогому мировоззрению рабов.

Все известные мне азиатские «доктрины» и сайты современности, на мой взгляд, не способны разрешать такие задачи, ибо такие задачи разрешимы только при условии естественного синтеза ценностей Востока и Запада на уровне генетического моделирования, как правило, не менее трех поколений. Но авторское сознание, рожденное, воспитанное, воспринявшее и даже обожествившее (тоже на уровне генетического моделирования и за тот же период) «идеологию» подавления человеческого духа, породит только более убогое сознание. Вот почему я целенаправленно искал людей и семьи, исторически отстрадавших политикой и политиками, нацизмом и вождизмом. (За эти глупости страдали и заплатили их предки, ведь и почитаемы они потомками именно за страдания, а не за элементарный порядок).

В качестве примера, о некоторых таких бурятских семьях (почти неизвестных политизированным бурятам, но почитаемых в творческой среде и научных сообществах) я постараюсь создать серию очерков, объедивнив их впоследствии в книгу. Пора. Хотите узнать зачем? Тогда перечитайте статью заново...

Виктор Балдоржиев.

Фото бурят и красноармейцев времён гражданской войны в Борзе. Можно ли узнать пофамильно?

Эту старую фотографию сегодня разместили в моей группе "Отчий край" в Одноклассниках. Очень выразительные образы и лица. Может быть, кто-нибудь выскажет своё мнение и мы попытаемся выяснить историю этой фотографию, а также людей, которых запечатлел фотограф?

Подпись гласит: Красноармейцы на перроне ст.Борзя.Гражданская война. (Фото "Наша Борзя").
Но какие же здесь красноармейцы? Тут большинство - буряты. Видимо, из окрестностей Борзи. В те времена там было очень много зажиточных бурятских семей, которой потом почти все ушли в Шэнэхэн. Вот там и надо искать потомков этих людей...

Что потеряли буряты, не приобретя ничего взамен?

Заметки на полях судьбы. "Не удерживай то, что уходит, и не отталкивай то, что приходит..."

Гегель и Ницще, Маркс и Ленин, Пушкин и Маяковский были явлены мне раньше Вивекананды и Ошо, Кастанеды и Цзонхавы, Миларайбы и Хаяма, которых открывал я сам в уже зрелом возрасте. Тернии европейской поэзии и мысли, вживленные в меня, прижились и стали частью моего организма. Но почему я стараюсь не записывать мысли или поэтические строки, которые рождаются именно из этих терний, то есть из опыта европейского или славянского мышления? А записав или опубликовав их, жестоко страдаю? Почему я пренебрегаю своим творчеством?

Наверное, естеству моему должен был быть присущ опыт восточной мысли, восточной поэзии   (от персов, арабов, уйгуров, монголов, тибетцев, японцев, китайцев и т. д), но этого не случилось, эпоха породила совершенно другой продукт, то есть меня. 

И это неосуществленное во мне будет всегда пренебрегать тем, что осуществили со мной.

Если я побеждаю на каких-то непонятных конкурсах и состязаниях, то это означает, что неосуществленное подаёт ещё признаки жизни и вторгается в моё творчество. Так неосуществлённое начинает сотрудничать с тем, что осуществилось. И такое сотрудничество, не подозревая о каких-то авторитетах и масштабах европейской или славянской культур, не признавая Востока и Запада, а потому смешивая их, как в миксере, создаёт свое, отличное от привычного, восприятие. Может быть, из этого когда-нибудь выйдет нечто толковое? К тому же, я не один такой, эпоха породила довольно много разных универсалов, рождённых и живущих в основном вне пределов национальных образований. 

С огромным сожалением я наблюдаю за теми сородичами, которые остались на "безводном" перепутье между своей и чужой культурой, наивно укрепляясь в мысли, что они проводники между Западом и Востоком, подогреваемые такими же людьми других национальностей. Именно в таком состоянии пробужденный эгоцентризм убивает живые организмы. Ведь чужое в них не прижилось, а своё отмерло, а потому они напоминают вымерший лес, где деревья не падают только потому, что они намертво сцепились друг с другом при падении, но уже не имеют корней. Судорожные движения их - самообман и шоу зомби в национальных одеждах на потеху властям. Никакая память или заклинания о величии прошлого и будущего уже не оживит такие организмы, лишенные способности представлять (мечтать), после которого можно созидать. Организм, потерявший корни, питающие и генерирующие его идентичность, а вместе с ними и способность представлять будущее своей идентичности, мёртв и может послужить только компостом для последующих поколений.

Поскольку в мое естество вживлены тернии, то, естественно, плоды их – эгоцентризм, страдания и кровь, победы и поражения, все вместе - себялюбие и гордость, тождественные бесконечной глупости, но только - не созерцательная, то есть деятельная радость сосуществования на равных со всеми живыми существами, не знакомая с искусством подавления в себе эгоцентризма и тоской по неосуществимой гармонии. Ведь естество, которому присуща только гармония, даже не знает и не говорит о гармонии, ибо живёт в ней.

Таковы мои сегодняшние представления о некоторых моментах истории. Но имеющий представления угоден будущему чем тот, кто обращён к воспоминаниям. Повернув голову вспять, нельзя двигаться вперёд… Как сказал Омар Хайям: "Не удерживай то, что уходит, и не отталкивай то, что приходит..."

Виктор Балдоржиев,

писатель, хори-бурят.

---

P. S. В Агинском Бурятском округе уже проводятся месячники бурятского (!) языка. На одном из мероприятий в рамках такого месячника организаторы вдохновенно рассказывали настоящие "сказки" по этимологии и истории хори-бурят, говорили только о хори-бурятах, но по лицам собравшихся людей я видел, что в зале находятся представители почти всех родов и племён бурятской народности, а лама после мероприятия сказал, что он хамниган. Интересно, как себя чувствуют в округе представители разных ответвлений бурятского народа - хамниганы, ашебагаты, хонгодоры, эхириты, булагаты, баргуты, сартулы, сойоты, сонголы и множество других людей, когда говорят только об одном ответвлении бурят - хори?

Сегодня утром от нас уехали наши родственники из Монголии. До границы от нас километров пятьдесят... С юных лет замечаю: жители этой страны сожалеют, что не знают или плохо знают русский язык, а их родственники, живущие в России, говоря на русском языке, прямо-таки демонстрируют перед ними своё превосходство, хотя и на русском, и на бурятском (монгольском) говорят одинаково плохо, но сами они об этом даже не подозревают... 

В последние годы очень заметно, что многие жители Монголии легко осваивают английский и другие языки. Но большинству российских бурят иностранные языки даются с трудом или же они не стремятся их знать вообще. Может быть, в Монголии хорошо осваивают иностранные языки потому, что никогда не теряли своего языка? Хорошо знаешь один язык, также основательно можно знать и второй язык? Может быть, в России, потеряв свое и не освоив чужое, людям очень трудно овладеть ещё чем-то, ибо всякая халява выходит боком, а любое дело требует основательности и конечного результата? Итог: месячник родного (!) языка. На официальном уровне... С подобающими такому обществу улусной торжественностью и захолустной гордостью.

Буряты и третья мировая война. Переселение народов и люди ростом 80 сантиметров

Предсказания шамана: «Воду из Байкала перельют в искусственные водоёмы»

Согласно пророчеству, в Бурятии после третьей Мировой войны останутся люди ростом 80 см. и будут искать себе подобных по всей земле 
Доцент ИрГУПС, кандидат технических наук Владимир Мотошкин, он же шаман родом из деревни Олой, публично выступил с лекцией о бурятских предсказателях: ольхонском Барнашке, Молон-багши с восточного берега Байкала, из Еравнинского района Бурятии, о Хамбо-ламе Итигэлове, который находится в состоянии саматхи в Иволгинском дацане. Оказывается, во многом предсказания этих провидцев совпадают — они касаются переселения бурят в Монголию, судьбы Байкала и третьей мировой войны, сообщает «БайкалИнфо». 

Барнашка приходил к Владимиру Мотошкину во сне. Вообще, сны для бурят, особенно для шаманов, — важный источник информации. Именно благодаря сновидению сам Мотошкин стал шаманом. 

— В нашей деревне Олой все шаманы умерли. Как-то во сне вижу: пятеро сидят, двое почернелые совсем. Один, который говорил хорошо, велел мне стать шаманом. И отказаться нельзя. 

Просил не строить больших домов 
Предсказатели — важная часть бурятской культуры, хотя при жизни большинство из них не были приняты и поняты. Барнашка, житель местности Шулуты, что рядом с Еланцами, предсказывать начал в двадцать лет: заходил в избы, прислонялся к печке и начинал говорить. 

— Его боялись и недолюбливали, ведь все предсказания связаны с негативом. На самом деле мало кто к ним прислушивается, — рассказывает Владимир Мотошкин. 

Молон-багша из Еравны предсказывал то же, что перед революцией предсказывал Барнашка: просил людей не строить больших домов, потому что все равно их отберут. 

— Вот одно страшное предсказание Молон-багши. Один его земляк пошел к гадалке. На обратном пути встретил Молон-багши, который спросил его: «А она сказала тебе, как ты умрешь? Повесишься на собственных воротах». Земляк не поверил, рассердился. Но так и вышло: когда пришли красные отбирать его имущество, он повесился. 

Многие предсказания мы безошибочно можем расшифровать. 

— Про царя Барнашка говорил так: «Семью расстреляют, а править будет каторжанин. Власть эта простоит 73 года». Великий Хамбо-лама Итигэлов, кстати, то же самое утверждал: 70 лет власть продержится. Когда перед революцией он отправил делегацию лам в Монголию, то велел им не возвращаться. Его спросили, а как же он сам. «Меня они не достанут», — ответил Итигэлов. Но ламы не послушались и вернулись. Их расстреляли. 

Подземные огненные змеи 
Великие представители буддизма имели дар предсказывать. Мотошкин рассказал такую историю: 

— Когда выбрали Хамбо-ламой Итигэлова, кто-то из лам из зависти решил навести порчу на ворота, через которые избранник должен был въехать в дацан. Но Итигэлов через ворота не поехал — увидел на них порчу. Велел разобрать забор и въехал через дыру в нем. Тогда ламы, которые были не на его стороне, поняли, какой он, оценили его. 

Барнашка предсказал Первую и Вторую мировые войны. 
— Про Вторую так говорил: каждый второй будет убит. Ольхонцам предсказывал: голодать они не будут — Байкал переполнится рыбой. Действительно, во время войны рыбы в Байкале было очень много. 

Предсказывали бурятские провидцы и технические новшества. 

— Барнашка говорил: под землей будут бегать огненные змеи. Говорил, что Байкал опояшут железным поясом — это про железную дорогу. Про машины так говорил: появятся телеги, не знающие устали; будут биться люди, травмированных много будет. Про радио так говорил: «В домах будут висеть ящики, откуда польется человеческая речь, но людей вы там не увидите. На небо будете смотреть через паутину». Так и есть — через провода смотрим. 
Делали они предсказания и о быте. 

— Предсказывал Барнашка, что последующие поколения в еду будут подмешивать яд. И впрямь подмешиваем — сколько консервантов, красителей туда добавляется. 

Пророчествовали и о моральном состоянии человечества, о взаимоотношениях полов. 

— Мужская часть населения перестанет держать слово. У мужчин отнимут брюки, а волосы укоротят. Женщины потеряют власть над своим телом — не будут задумываться над своими желаниями, перестанут отдавать им отчет. Женщины будут плясать как черти. Родители сыновей будут завидовать тем, у кого сыновей нет, — это о том, что молодые поколения будут упрямыми и непослушными. 

Буряты уйдут с Байкала? 
О нашем настоящем и будущем делались непротиворечивые и жутковатые предсказания. 

— Про третью мировую войну так говорили: с севера начнется война. Сорок дней будет идти, но эти сорок дней, как сказал Барнашка, покажутся людям куда более страшными, чем четыре года предыдущей войны. Останутся люди ростом 80 см, они будут искать себе подобных по всей земле. Это про ядерную войну... А если войны не будет, то начнутся неизлечимые болезни. 

Владимир Мотошкин считает, что все идет по второму сценарию — болезни человека и животных становятся общими, появляются птичий грипп, свиной грипп. 

О Байкале известны следующие предсказания. На берегу озера появятся воины в голубых касках — это натовские солдаты. Воду Байкала перекачают в искусственные водоемы. Со дна Байкала станут добывать топливо. 

Оба предсказателя говорили об исходе бурят с берегов Байкала. Буряты пойдут в Монголию, когда начнут строить стальной мост. Стальной мост уже начали строить — через реку Сарму. 
Среди политических предсказаний — предсказания о китайцах, которых на Байкале станет так много, как деревьев в лесу. 

— Барнашка говорил: «Будете дружить с американцами — хорошо жить будете; с китайцами — не узнаете, куда и бежать». 

Так современный шаман транслирует слова столетней давности, которые передавались из уст в уста. Предсказания Барнашки не были записаны, а если и были, то записи эти до нас не дошли. 

Есть у него непонятные предсказания. В качестве примера Владимир Мотошкин привел такое: умершие будут кормить живых. Молон-багша тоже делал неясные предсказания. Например, он говорил: придет время, когда ядовитые змеи будут поедать свою мать. 

Люди отупели 
Владимир Мотошкин считает, что люди и сейчас не особо обращают внимание на то, что происходит вокруг, и на сигналы, которые им подаются. 

— На самом деле главная проблема — отупение человека. Барнашка так и говорил: «Дураки будут работать в учебной системе». Я с второклассниками во дворе много занимаюсь, так вот дети не могут запомнить дни недели, плохо складывают… 

Для бурят с западного побережья Байкала, которые хранят шаманские традиции, особенно важны предсказания своего земляка Барнашки. Но они еще не закончены, свое последнее слово он еще не сказал. Это должно произойти в 2024 году, когда, по его же пророчеству, людям откроются его кости, на которых золотом будут начертаны вещие письмена. Правда, родственники Барнашки, умершего в возрасте 94 лет, не выполнили его завещания. Они похоронили Барнашку в земле, чего он просил не делать. Он велел похоронить его по бурятскому обычаю — на дереве. К тому же они перенесли его дом, вопреки воле хозяина, в Еланцы, где он и сгорел. Правда, местонахождение его тела, как он и просил, все-таки скрыли. 

— Родственница, правнучка Барнашки, обратилась ко мне и спросила, что же делать. Никто не знает, где место захоронения. Я ответил ей, что ближе к указанному времени Барнашка сам скажет нам, что делать. Так что будем ждать. 

БайкалDaily 

Помнить! Молчание бурят или о том, как национальная "элита" продала свой народ

- И что же вы там увидели?
- Ягнят. Они кричали.
- На ферме резали ягнят? Вы бросились прочь?
- Нет. Прежде я попыталась освободить их и открыла загон, но они лишь смотрели, не бежали. 

Молчание ягнят, 1991.

---

---

- Буряты - это монголы! - изрек недавно Жирик, и это была единственная умная мысль, рожденная им за 30 лет политической проституции, клоунады и лицедейства.
После откровения сына юриста бурнет буквально взорвался. Антипатия и ненависть, которые питает любой порядочный человек к Вольфычу, в одночасье сменилась на симпатию, восхищение и чуть ли не на любовь. 

Трайбалистский тренд в бурятских СМИ резко поменялся на бурят-монгольский. Потрясенные открытием бурятские интеллектуалы принялись трубить на всех углах: "- Мы бурят-монголы! Вернем старое название - Бурят-Монголия!"", как-будто раньше кто-то запрещал им говорить об этом, и для прозрения нужна была отмашка старого эксцентричного еврея. 

Пока в бурнете кипели страсти, вызванные обретением монгольской идентичности, пришла трагическая новость об изнасиловании бурятской девушки 2-мя азербайджанцами. Подонки, силой похитив девушку, вывезли ее на Богородский остров, где в течение 3 часов, сменяя другу друга, насиловали и истязали жертву. К счастью, девушка вырвалась из лап нелюдей и сумела спрятаться в кустах. Включив фары, изуверы устроили сафари за жертвой, тщательно обыскали все кусты и овраги на острове, вероятно, с одной целью - убить пострадавшую. Вопрос шел о жизни и смерти, поэтому девушка вооружившись розочкой от бутылки, в конце концов истерзанная и полураздетая все же сумела выйти к людям. Кстати, до этого азербайджанцы изнасиловали 17-летнюю девушку, т.е. несовершеннолетнюю, иными словами совершили акт педофилии.
И почерк преступления, и наглость, и уверенное поведение на допросе свидетельствует о том, что, возможно, это не первое преступление гостей из Азербайджана, что они верят в свою безнаказанность.

Трагическая новость стала всего лишь очередным эпизодом в длинной череде ежедневных сообщений об изнасилованиях, педофилии, грабежах, налетах, мошенниках, поножовщине, еще раз продемонстрировав, как бездарно и отвратительно работает бурятская полиция, ведь, согласитесь, немного требуется доблести и профессионализма, чтобы поймать насильника после того, как он уже сделал черное дело, когда навсегда искалечил судьбу жертвы.

И все бы забыли об этом печальном событии, если бы не ЧП, произошедшее в начале апреля в Элисте, которое заставило совсем по-новому взглянуть на то, что творится в Бурятии. А случилось вот что: джигиты из Дагестана, приехавшие на борцовский турнир, прогуливаясь по центру города, демонстрировали полное неуважение и презрение к калмыцкому народу - кричали: "Калмыки - чмори!", раздавали подзатыльники маленьким детям, приставали к девушкам и т.д. Логичной в череде безумных поступков стала и дикая выходка 22-летнего Саида Османова, который справил нужду на статую Будды, да еще и пнул ее в лицо. Об уровне интеллекта подонка свидетельствует тот факт, что он заснял и разместил видео с "подвигом" в сети, надеясь на лайки и положительные комментарии. 

Нельзя не заметить общие черты у ЧП в Улан-Удэ и Элисте: 

- в обоих случаях по отношению к российским монголам было проявлено неуважение, сделан агрессивный выпад,
- в Бурятии растоптали святое - честь бурятской женщины, в Элисте попытались осквернить нашу религию,
- и там, и тут это выходцы с Кавказа, упивающиеся вседозволенностью юнцы.
Ситуации схожи, но насколько диаметрально противоположная реакция последовала позже!

В Бурятии никто не обратил внимание на трагедию и все очень скоро забыли о ней, как и бывало до этого не раз:Ну изнасиловали, да изнасиловали. Что уж тут небывалого?
В ведущих СМИ последовали полные равнодушия и безучастности статьи с глумливыми комментариями типа:Сама виновата! Нефиг шляться по ночам!

Читать далее...